scurra80 (scurra80) wrote,
scurra80
scurra80

Место Бабы Яги в народной вере

1280px-Баба_Яга.jpg

Вера народа всегда отличается от официальных религиозных установлений принятых в государстве. Понятие народной веры принято соотностить с официальным представлением о вере языческой (в соответствии с переводом слова paganus) и всячески её порицать, не приводя никаких аргументов, а просто на основании слова ставшего пейоративом. Я считаю, что негативным язычество делает часто присущий ему национализм и противопоставление веры своего народа вере народов других, что приводит к кровавым конфликтам на религиозной почве. Но такая оценка свойственна как раз официальным религиям (иудаизм, христианство, ислам), в то время как для действительной народной веры принято заимствование элементов веры соседей. Героиня моей статьи, в большей мере, считается персонажем сказочным, и в подобных конфликтах не замечена, но в вере наших предков у Бабы Яги была своя значительная роль.

Так как я говорю о вере народной, то требуется очертить границы этого понятия — речь пойдёт о русском народе. Я ограничиваю понятие русского народа понятием формирования русской государственности, согласно Повести временных лет. Согласно этой летописи, четыре племени призвали варягов именуемых русью: ильменские словене, кривичи, меря и чудь. Два из четырёх племён были славянскими, а другие два финно-угорскими. В тексте летописи приводится большее количество племён, так или иначе являющихся либо славянскими, либо финно-угорскими, которые в дальнейшем тоже стали данниками руси. Таким образом, думаю правильным будет считать исконно русским народом именно союз славянских и финно-угорских племён, сформировавших первое русское государство. Происхождение варягов руси не имеет отношения к теме этой статьи, а только то что племена, призвавшие этих варягов, либо впоследствии ставшие их данниками, стали русскими.

Событие призвания варягов относится к IX веку, но верования и обряды русских славян и финно-угров сформировались значительно раньше, и письменных источников о них не сохранилось. Поэтому руководствоваться можно только противоречивыми сведениями из Повести временных лет, ещё более противоречивыми и меняющимися сюжетами произведений устного народного творчества, а опираться на данные археологических исследований и здравый смысл. Таким образом можно заключить, что в статье излагается только версия для обсуждения и аргументы в её пользу.

В те времена славянские племена, под давлением сначала гуннов, а затем хазаров, с одной стороны, и варягов (норманнов) с другой, были вынуждены переселяться в леса к берегам рек Оки и Волги, на территории занимаемые остатками местного финно-угорского населения — представителями Дьяковской культуры. Сейчас принято считать, что к VI—IX вв. на этой территории сформировалась метисная финско-славянская культура представленная племенами вятичей, кривичей, мери и, вероятно, остатками коренного населения. В этих условиях потребности в вере у людей были ни столько религиозными (чей бог главнее и как ему молиться), сколько социально-медицинскими: организация семейной жизни, принятие родов, организация погребений, лекарство.

Относительно обряда похорон в Повести временных лет написано следующее:
А радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, как и все звери, ели все нечистое и срамословили при отцах и при снохах, и браков у них не бывало, но устраивались игрища между селами, и сходились на эти игрища, на пляски и на всякие бесовские песни, и здесь умыкали себе жен по сговору с ними; имели же по две и по три жены. И если кто умирал, то устраивали по нем тризну, а затем делали большую колоду, и возлагали на эту колоду мертвеца, и сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах по дорогам, как делают и теперь еще вятичи. Этого же обычая держались и кривичи, и прочие язычники, не знающие закона Божьего, но сами себе устанавливающие закон.

Голубцы.jpg

Летописец в этом месте явно врёт — при трупосожжении на погребальном костре тело не прогорает до конца, — температура недостаточна. Кремация на костре сейчас распространена в Индии, обгоревшие останки затем сплавляются по Гангу. Погребения вятичей и кривичей хорошо изучены — это курганы на месте погребального костра, ни о каких сосудах с прахом на столбах и речи нет, — кости там тоже есть, останки мужчин, женщин и детей вполне различимы. Я читал такую интерпретацию, что пепел и кости собирали в малые сосуды и на некоторое время ставили на столб, чтобы остальные члены племени успели проститься с умершим, после чего останки и ценные вещи засыпались землей. Но это похоже на интерпретацию с потолка — не лучше моей, — только это попытка притянуть слова летописи, а не констатировать предвзятость летописца. Столбы с урнами, тем не менее, тоже были, но это не славянский элемент (летописец просто смешал в кучу все традиции, для лучшего их обличения), и для помещения в урну прах необходимо было подготавливать иным образом. Именно такая технология была принята у дьяковцев, что и обусловило их позднее обнаружение и недостаток материалов для изучения.

228784_900.jpg

Дьяковцы кремировали своих мёртвых до состояния пепла, вероятнее всего используя для этой цели печи. Пепел они помещали в "домики мёртвых", которые располагали в лесу, вдали от поселения. Такой "домик" мог служить в качестве семейного склепа. Вероятно, в поздний период своего существования дьяковцы (или близкие им племена финно-угров) могли использовать могильные столбы в форме резных "скворечников". Это связано с верой финно-угров, а позже и славян, что птицы уносят души умерших. Когда в такой "скворечник" с урной залетала птица, это могло быть воспринято как хороший знак. Сравните это со старым русским суеверием, что птица залетевшая в дом, является предвестником скорой смерти кого-либо из жильцов. В особых случаях дьяковцы практиковали обряд ингумации тел женщин. Вполне возможно, что когда пришлые славяне и финно-угры обнаруживали в лесу в "домике мёртвых" ингумированное тело старой женщины с характерными признаками разложения, это производило на них сильное впечатление, что могло стать поводом для появления историй о Бабе Яге. Стоит отметить, что в языке коми-зырян (потомки заволочской чуди) слово Яга значит Лесная. Таким образом вероятно, что имя персонажа (данное не дьяковцами, а пришлыми поселенцами) является результатом языкового смешения и может быть переведено на русский язык как Лесная Баба.

Данные археологических раскопок показывают признаки наличия женского культа у дьяковцев. Очень вероятно, что женщины принимали роды. В сакральном смысле, обрядовая организация похорон подобна принятию родов: умерший в нашем мире человек как бы рождается в мире ином. Исходя из этого можно предположить, что и подготовка тел умерших у дьяковцев тоже считалось женским делом. Кремирование тела в печи, дело не слишком эстетичное, сопровождаемое образованием едкого дыма. Стоит учесть, что печи у дьяковцев не имели дымоходов, и весь дым и сажа оставались в помещении. В домашних печах дьяковцы готовили пищу и обжигали керамику, вряд ли они стали бы тут же сжигать своих мёртвых. Более вероятным является, что для этой цели в поселении был отведён отдельный дом, в котором работала и, скорее всего, жила женщина. Чтобы понять, как дьяковцы к этой женщине относились, представьте своё отношение к работникам крематория, и добавьте к этому, что все её личные вещи хранились там же, и всё это, и само помещение, пропахло трупным дымом. Еду себе она, вероятнее всего, готовила в той же самой печи, в которой оставался пепел от тел, за что её должно быть считали людоедкой, — не выходит красиво одетого чистого попа, который только поёт и кадилом машет, и денежку за это на себя и чистый блестящий храм получает. Расплачивались с ней, вероятнее всего, продуктами и утварью. Своей семьи у такой женщины, вероятнее всего, тоже не было, но только не по религиозным, а по социально-естественным причинам. Но эту тяжёлую работу просто необходимо было делать, высокотемпературное кремирование ещё и эпидемиологическую обстановку улучшает, чему тогда правильного объяснения не было, но это вполне могло быть замечено. А когда эта по-настоящему святая женщина умерла, то её вынесли в одной драной рубахе и захоронили не по чести, а прямо так в лесу в домовину, даже без украшений, которых у неё просто не было.

Для чего же с ней так поступили? — вряд ли из неприязни. Дело в том, что и в славянской и в финно-угорской культуре присутствует вера в заложных покойников: человек, которого не похоронили должным образом — не придали огню, в этом случае, — не может правильно родиться в ином мире, а останется в подвешенном состоянии между мирами. Но правильно похоронить человека не всегда возможно, иногда люди просто пропадают без вести (в следствии утопления в болоте, например, а потом их иногда находят мумиями — явно неупокоенными). Вот для таких случаев, по всей видимости, дьяковцы решили сделать проводника. Дух или животное, которое оберегает человека в момент его перехода в иной мир и способствует правильному завершению этого процесса "перерождения", называется психопомпом (греч. ψυχοπομπός — "проводник душ") и имеется в большинстве религиозных культов; в европейских культах и у египтян таким особым животным часто является чёрная кошка, а в зороастризме и у католиков (доминиканцев) — собака (известно, как при этом доминиканцы относились к кошкам). Дьяковцы, вероятно, решили сделать психопомпа из человека осуществлявшего кремирование, чтобы она, оставаясь сама заложным покойником и встречая других неправильно умерших, и после смерти выполняла для них похоронный обряд — кремировала их. А вещей ей новых не дали из известного суеверия: если дать покойнику свою вещь, то покойник тебя с собой заберёт.

Учитывая, что образ Бабы Яги так прижился в русских сказках (в виде мертвеца, а не скелета), обряд ингумации женщин в "домиках мёртвых" был распространён на момент появления славян и балтских племён финно-угров на территории дьяковцев, что говорит в пользу постепенной ассимиляции коренного населения. Тем не менее, в русских сказках Иван явно не понимает мотивов действий Бабы Яги и часто откровенно хамит ей, но это может быть следствием христианского влияния и забывания старых традиций. Баба Яга встречает Ивана фразой "Фу-фу! Русского духу слыхом было не слыхать, видом не видать, а ныне сам пришёл", и сейчас иногда трактуют это так, что мёртвым не нравится запах живых. Но я думаю, что тогда просто не было понятия нынешней политкорректности и Баба Яга прямо указывает Ивану на его религиозно-национальную принадлежность и иронизирует по поводу его прихода именно к ней, но всё равно пытается исполнить свой долг. В этом она проявляет себя не как языческий, а как анимистический персонаж — она смирилась с утратой своего племени и стала частью природы леса. В тех сказках, где Иван ведёт себя корректно, Баба Яга даже играет для него роль помощника — психопомпа.
Tags: культурология, религия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments